19 июн. 2014 г.

Бумажное проклятие ЭЖ

Конец учебного года, предотпускной аврал из последних учительских сил, когда очередная лишняя формальность уже даже не раздражает, а просто подавляет. Это именно тот момент, когда ярко и рельефно встает давно обсуждавшийся в вялом теоретическом ключе вопрос закрытия классных журналов, если они ведутся только в электронном виде. Это боль тех лучших, кто в первых рядах пошел за призывами эффективно использовать ИТ в управлении образовательным процессом и с замиранием сердца воспользовался законным правом отказаться от бумажных классных журналов.

Мне особенно досадно снова поднимать этот вопрос, т.к. наша свободная разработка РУЖЭЛЬ строго соответствует действующим законам, чтобы минимизировать нагрузку не только на учителя, но и на учебную часть. А наши немногочисленные последователи– школы с очень грамотными и целеустремленными завучами и ИТ-шниками, готовыми отстаивать свои взгляды на организацию образовательного процесса,– снова в конце учебного года задают вопрос: так, как же нам правильно поступить?

Начнем с законов.

Статья 28 федерального закона N 273-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации», где описаны компетенция, права, обязанности и ответственность образовательной организации, в пп.11 п.3 прямо относит к зоне ответственности школы «индивидуальный учет результатов освоения обучающимися образовательных программ, а также хранение в архивах информации об этих результатах на бумажных и (или) электронных носителях;».

Более того, эта норма перенесена из части 8 статьи 15 старого закона «Об образовании» с отсечением причастного оборота: «в порядке, утвержденном федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере образования». Тем самым, никаких внешних указаний по вопросам ведения учета успеваемости и хранения результатов закон не предусматривает! Даже сбор такой информации со школ недопустим, согласно письму Минобрнауки от 12.9.2012 № ДЛ-150/08 «О сокращении объёмов и видов отчётности, представляемой общеобразовательными учреждениями».

Единственное, что требуется от школы, согласно статье 30 закона,– иметь локальную нормативную базу, в которой все регламенты должны быть прописаны с учетом разумных рисков нарушения достоверности информации в процессе ведения учета и архивного хранения.

Казалось бы, перешел полностью на ЭЖ, отказался от дублирования его на бумаге, обеспечил надежное ведение и хранения итогов учебного года на 5 лет– молодец. Ан, нет!

Даже в Москве, где И.И.Калина приложил существенные усилия по стимулированию отказа школ от дублирования ЭЖ на бумаге, в приказном порядке предписано распечатать ЭЖ и хранить в таком виде. И хотя Департамент образования Москвы не вправе требовать распечатки ЭЖ, ибо это выходит за рамки его компетенции, редкий директор решится приказ не соблюдать. Оно, конечно, не очень страшно, но жалко бессмысленно потраченные время, расходники и место в архиве. Ведь, распечатанные журналы занимают в разы больше места, чем типографские.

Ничто не мешает с гораздо большей достоверностью и заметно меньшими издержками хранить данные из заполненных годовых ЭЖ в электронном виде, пригодном для просмотра.

Попутно и отдельно стоит снова поднять вопрос архивного хранения итоговых ведомостей успеваемости класса, которые в традиционном журнале располагаются на последних страницах. Это единственный явно упомянутый в документах вид архивной информации, которая должна быть в бумажном виде: «После 5-летнего хранения из журнала изымаются страницы со сводными данными успеваемости и перевода учащихся данного класса. Сформированные дела за год хранятся не менее 25 лет».

Эта норма упомянута в письме Минобразования РФ от 20 декабря 2000 г. N 03-51/64 о «Методических рекомендациях по работе с документами в общеобразовательных учреждениях». Там норма о 25-летнем хранении, в свою очередь, ссылается на пп.605 раздела 5 нормативного опуса Росстата 1988 года: «ПЕРЕЧЕНЬ ТИПОВЫХ ДОКУМЕНТОВ, ОБРАЗУЮЩИХСЯ В ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ГОСКОМИТЕТОВ, МИНИСТЕРСТВ, ВЕДОМСТВ И ДРУГИХ УЧРЕЖДЕНИЙ, ОРГАНИЗАЦИЙ, ПРЕДПРИЯТИЙ, С УКАЗАНИЕМ СРОКОВ ХРАНЕНИЯ», в который последний раз вносились изменения приказом Росархив от 06.10.2000 и который отменен приказом Росархив от 26 августа 2010 г. N 63 в связи с приказом Минкультуры №558 (подробнее).

А дальше начинаются недоумения:

  1. В современных условиях, причем с момента ввода в действие прошлого закона «Об образовании» в 1992 году, смысла нет в хранении этой информации, т.к. исчезло единство системы оценивания– закон передает школе право выбора системы оценивания и способа ведения учета. А с появлением ГИА и ЕГЭ, которые нормативно определяют итоги государственной аттестации, длительное хранение результатов промежуточной аттестации по итогам года никому не нужно и ни на что не влияет.
  2. Приказ Минкультуры от 25 августа 2010 г. N 558 утвердил новый «ПЕРЕЧЕНЬ ТИПОВЫХ УПРАВЛЕНЧЕСКИХ АРХИВНЫХ ДОКУМЕНТОВ, ОБРАЗУЮЩИХСЯ В ПРОЦЕССЕ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ ГОСУДАРСТВЕННЫХ ОРГАНОВ, ОРГАНОВ МЕСТНОГО САМОУПРАВЛЕНИЯ И ОРГАНИЗАЦИЙ, С УКАЗАНИЕМ СРОКОВ ХРАНЕНИЯ», в котором нет подобной нормы. Самое близкое к проблемам архивного хранения учетной документации в образовании– пп.725 п. 8.3 о повышении квалификации работников– хранение в течение 1 года, считая с 1 января следующего года после завершения ведения учета.
  3. Данные перечни, независимо от их принятия или отмены, регламентируют сроки хранения тех документов, которые ведутся в организации. Список документов, обязательных к ведению, определяют школам региональные органы управления. Если в них нет явного указания на ведение сводной ведомости итоговых отметок обучающихся и если школа не ведет бумажный журнал, то и хранить ей нечего! Я думаю, никому не могло прийти в голову отдельно указывать обязанность вести эту сводную ведомость, раз она является составной частью классного журнала.

Остается проверить региональную нормативную базу, чтобы понять, верно ли мое предположение. Если верно, то все, кто полностью перешел на ЭЖ без дублирования его на бумаге, могут забыть о необходимости распечатки и 25-летнего хранения ведомости. Правда, им могут напомнить проверяющие органы, которым придется законность этого решения объяснять. По опыту, директора предпочтут напечатать ведомость, чем «доказывать, что не верблюд».

Что считаю здравым и продуктивным для архивного хранения данных ЭЖ за учебный год без распечатки на бумагу?

  • Если ЭЖ позволяет хранить итоговые за учебный год данные в пригодном для чтения без специального программного обеспечения виде, их можно записать на два электронных носителя и хранить в разных местах. Например, один в сейфе директора, а другой в сейфе завуча. Но в разных местах!
  • Если ЭЖ не предусматривает возможности хранения данных в независимом от своего программного обеспечения виде, можно вывести предметные и иные страницы ЭЖ в читаемые формы типа pdf и сохранить их, аналогично описанному выше варианту на двух разных носителях.

Для надежного хранения в электронном виде можно пойти двумя путями:

  1. В идеале, подписать информацию электронной подписью школы и подкрепить ее внешней электронной подписью органа управления. Этот вариант требует ИТ-вменяемости органа управления, на что не всегда можно рассчитывать.
  2. Пока идеал недостижим, запечатать носители в разные бумажные конверты, оформить их как внутренние документы с номерами и печатями. В случае вскрытия конверта, оформлять акт вскрытия с обоснованием. Можно этот акт запечатывать в новый конверт вместе с носителем информации, если это происходит редко. Можно завести отдельный журнал вскрытия конверта с архивной информацией, если необходимость вскрытия возникает не редко.

Мечтаю о том времени, когда бумажное проклятие безвозратно уйдет с ЭЖ. Но проклятия сами не уходят. Чтобы это случилось, нужно всем здоровым силам с проклятиями бороться. Это не самое сильное проклятие– его снести можно.

PS. А вот и движение наметилось в отношении ЭП:

8 июн. 2014 г.

Посещение ноосферы

Вчера по приглашению Игоря Донченко посетил «Ноосферный город».

Хотелось посмотреть на занятие по методике парного обучения в приложении к недавно анонсированному crowdfinding-курсу английского Олега Мурашева. Само занятие оставило неоднозначные впечатления, зато негатив был полностью компенсирован интересными сопутствующими впечатлениями в перерывах:

  • буддистские занятия в соседнем помещении
  • группа «Центр альтернатив» с их измерителем биоэнергии (измерили и даже что-то подправили)
  • буфет с продуктами сырого приготовления (жалко, поздно об этом узнал и не попробовал)

Что вокруг Игоря всегда есть что-то необычное и интересное, я знаю давно, и о проведенной на ВДНХ субботе не пожалел. Теперь впечатления о занятии.

Занятие состояло из 3-х заданий: выучивание английских пословиц, задолдонивание небольших текстов, запоминание грамматических идей, изложенных в сказочной форме. Чтобы разобраться во впечатлениях, нужно разделить их на несколько аспектов: содержание, форма и процедура.

По форме, действительно, работа шла в парах. Что понравилось, пары старались составлять динамически: не фиксированная пара на относительно длинный отрезок времени, а формируемая ситуативно– на данный краткий момент времени. Наиболее ярко это было на 1-м задании, когда каждый участник должен был, выучив пословицу, рассказать ее 5 другим участникам наизусть. Сами пословицы лежали на столе: кто больше выучил, тот и победитель. В результате, и работа динамичная, и в мимолетных парах, и зубрежка уходит на задний план в процессе прочих действий, и игрофикация, совмещенная с учетом выполненной работы.

На 2-м задании пары были более устойчивы: на каждый текст надо было "доставать" друг друга 10 раз (читать вслух свой текст). Потом нужно было сменить пару 3 раза. Но ничто не мешает облегчить ношу и читать его по 3 раза, сменив 10 пар. Меньше 3 раз слушать имеет смысл только тогда, когда текст на слух понятен с 1-го раза.

В последнем задании пары получились довольно надуманы, поэтому подробно описывать не буду– лень. Само задание заключалось в пересказе сказки: тоже не слишком захватывающе.

По процедуре, насколько я понял, увязка с собственно «парной технологией» не очень точна, т.к. в паре не было гуру и ученика, а оба были учениками. Но даже формальный подход динамичного распаривания во время занятия показался полезным.

По содержанию, мне было скучно. Бегать за другими, чтобы поставить галочку в листе учета, мне было менее интересно, чем понять смысл и содержание задания. Может, староват для такой игрофикации, но, подозреваю, что такая организация выполнения задания может быть интересна не всем. Те, кого не слишком волнуют полученные галочки, и те, кому неинтересно бегать за парой, в такой работе могут легко и с удовольствием затеряться до момента подведения итогов.

Любопытным показалось сказочное изложение логики английского языка в 3-м задании. Особенно полезным это может быть для маленьких учеников. В частности, для меня было неожиданно представление английского языка как основанного на глаголах– описателях действия: любое существительное является проявлением соответствующего действия. При попытках подобрать существительные, для которых нет глаголов, нам было дано пояснение, что некоторые из глаголов вышли из широкого употребления, а существительные остались. Так, в частности, оказалось, что dog– это быть привязанным, а cat– гулять по ночам. Такое представление полностью легло на мое техническое ощущение, что английский– язык операциональных описаний, и русский– эмоциональных.

Одним из декларированных правил был запрет на перевод– якобы, достаточно погружения в среду языка. Я уже не впервые сталкиваюсь с подобным подходом, но не могу его принять: без понимания сути мне, например, все становится скучно и неинтересно. Подозреваю, что этот подход растет из правополушарных лингвистов, пытающихся всех подогнать под свое мировосприятие. Я мог бы еще воспринять такой подход при динамичных манипуляциях для осознания глаголов через производимые действия, но не при чтении текстов, из которых ничего не понятно без осознания смысла слов. Рассматриваю это разночтение как дополнительный признак того, что все мы разные, как любит повторять В.Редюхин.

Что до восприятия методики в целом, увидел, что примененная техника позволяет сделать менее нудным традиционное задание на зазубривание, подключить иные формы отвлечения, придать физическую динамику зубрежке. Но сегодня сама постановка задачи на зазубривание кажется не очень современной, поэтому ощущения остались неоднозначными.

5 июн. 2014 г.

«Приоритеты-2014»

4 июня 2014 COMNEWS провела Всероссийский форум «Приоритеты 2014: Информатизация образования и здравоохранения в России». Цель форума была декларирована как создание независимой всероссийской площадки для открытого диалога между разработчиками ИТ- и телеком-решений и профессиональным отраслевым сообществом, а также создание «банка» идей для практического применения бюджетными и частными образовательными и медицинскими учреждениями на своих площадках.

На пленарной части заметно выделялась медицинская тематика. Потом группы разделились– я пошел на секцию «Education & Training 2.0. Барьеры и точки роста информатизации научно-образовательного комплекса в России». Диалог– понятие тонкое, видимо. Я времени на диалог не заметил. Как будет формироваться банк, пока не понял. График был довольно плотный. В рамках жесткого ограничения во времени на вопросы по докладам какие-то здравые позиции слушателям обозначить удалось. Интересные разговоры проходили в перерывах.

Большинство выступающих на образовательной секции рассказывали о своих замечательных продуктах и решениях, а главным препятствием развития современных технологий называли низкую ИТ-квалификацию педагогов. На этом фоне наиболее ярким были выступления А.Молчанова, изображенного на фотографии, проректора МЭСИ по организации электронного обучения. Он очень выразительно и четко обозначил динамику развития в сфере образования технологических, организационных и методических проблем, поделился опытом МЭСИ по их решению, обозначил перспективы. Организаторы обещали разместить на сайте все презентации– советую обратить внимание на материалы МЭСИ.

Общий вывод, который соответствует общей оценке ситуации– технологизация образования в ущерб решениям концептуальных педагогических проблем остается превалирующей в практике образования и даже стала нормой. В тренде остаются централизованные решения, инструменты автоматизации традиционных с незапамятных времен контролируемых единообразных упражнений, танцы вокруг образовательного контента– свалка ЭОР/ФЦИОР никого не смущает и на логику запросов не влияет. Разговоры об электронных учебниках не выходят за рамки традиционных представлений о бумажных учебниках. Верхом современности считается неприятие простых электронных копий традиционных учебников. Разговоры об адекватности понятия «учебник» современным техникам, технологиям, возможностям и потребностям даже не ведутся.

Стоит обратить пристальное внимание и взять за образец деятельность технологических фирм-лидеров Apple, Intel, Google на образовательном сегменте. Устоявшаяся деструктивная направленность информатизации образования в России на инструментальность выглядит на их фоне проигрышно. Образовательные тренинги указанных технологических лидеров в области педагогического приложения акцентируют внимание на педагогической постановке проблем. У них даже названия собственных брендов во время тренингов встречаются существенно реже, чем педагогические термины.